Нелли Серова и Ирэн из страны летучих обезьян (ХV*) / Нимфы из забытых легенд (+18)
Светлана приблизилась к Федору Злотникову. Он сидел с опущенными штанами, с завязанными глазами, привязанный к стулу. Его жеребец, казалось, узнал Светлану и радостно потянулся к ней, опуская и поднимая голову, грива жеребца топорщилась дыбом от желания!
— Господи, эта Эллочка — конченная извращенка, эти содомские игры с её народом, наверное, останутся навсегда, пока их не поглотит Ад, как сказано в предсказании! — прошептала Светлана Ромашова.
Фёдор поднял голову – казалось, он видел Светлану через повязку на глазах!
— Кто здесь? Вы не Элла Моисеевна, я слышу запах ромашек, так пахнут блондинки, так пахла моя Нелли! — Фёдор Злотников заплакал.
Нелли сорвала с его глаз повязку:
— Я больше не твоя Нелли, милый Фёдор, я теперь принадлежу Соломону, и ты это знаешь, сейчас меня зовут Светлана Ромашова, и не вспоминай больше Нелли Серову, её больше нет!
— Нет, Нелли, ты есть, ты в сердце моём и я иду к волшебнику Гудвину, я попрошу его, чтобы он вернул тебя мне, потому что я люблю тебя! Я люблю тебя, Нелли Серова! Моя любовь и моя боль!
— Не смей называть меня любимой! Ты, сука безумная! Я тебя сейчас…
Нелли Серова взяла со стола нож!
— Я всю жизнь хотела быть богатой, я родилась в нищете, но я родилась для Соломона Иезекиля, мне Бог дал красоту, чтобы это тупое сионистское чмо увидел и возжелал меня! Но появился ты, и я полюбила тебя! Я чуть не потеряла свою мечту из-за тебя, сука! — Нелли Серова полоснула ножом по щеке Фёдора, по его лицу побежала кровь, которая возбудила Нелли!
— Убей меня, грязная потаскуха, иудейская подстилка, которая променяла нашу любовь на жратву, шубу и золотые украшения! Он любил тебя в «запретный город», расскажи? Они же все педерасты — твои соломоны-шмаламоны, ублюдки из Содома и Гоморры, которым не дали сдохнуть, чтобы на Земле появилось зло, чтобы Мы, глядя на этих вонючих и зловонных насекомых-паразитов научились понимать, что есть на свете добро, а что есть зло! Ну что смотришь, продажная девка сиона-соломона? Ласкала ли ты его челн, была ли его «бегущей по волнам»?
Нелли Серова стала истерично смеяться:
— Я что-то пропустила в этом Мире? Теперь ласкать твоего жеребца губами и языком называется — быть «бегущей по волнам»? Зачем ты рассказал этой Эллочке, где закопал золото Соломона Иезекиля? Ты правда безумен, Фёдор, скажи мне, где ты зарыл документы Соломона и я убью тебя, клянусь Богом, ты умрешь легко, а я буду оплакивать тебя, любимый, я буду тосковать по тебе, а обнимая эту вонючую макаку Иезекиля, я буду представлять, что обнимаю тебя…
Нелли Серова заплакала, горючие слёзы текли по её щекам!
— Поцелуй меня, Нелли, любимая, поцелуй и убей, это красивая смерть!
— Ты правда этого хочешь, Злотников? Я ведь грязная после Иезекиля, я падшая, продажная тварь, которая променяла тебя на красивую жизнь! Продала нашу любовь, которую Бог дарует только раз!
— А я омою тебя своими слезами, Нелли, я смою с тебя грязь поганого сиониста Соломона!
Нелли Серова сняла свои трусики и, задрав платье, села на жеребца Фёдора Злотникова! Его жеребец ворвался в её усладу нежно и трепетно, он узнал её и встал на дыбы! Нелли поскакала на жеребце Фёдора Злотникова, нежно целуя его в губы и, поливая его своими слезами, она приговаривала совсем тихо:
— Я грязная тварь, прости меня любимый, мне не хочется жить, я убью тебя, а потом последую за тобой!
Фёдор жадно целовал Нелли, приговаривая, что умрёт от её рук, он всегда этого хотел…
Для отправки комментария необходимо войти на сайт.